Некий Эдуард Ильин, экс-глава Василеостровского района Санкт-Петербурга, к которому у правосудия было очень много вопросов, на днях пополнил ряды сановных лиц, прошедших через СВОшную «прачечную» по обелению и возвращению честного имени бывшим преступникам.
Напомним, что г-ну Ильину инкриминировался целый ряд составов Уголовного кодекса РФ, а именно: получение взятки в особо крупном размере, служебной подлог, причинение имущественного ущерба, превышение полномочий. По версии следствия, на протяжении 2022 года Ильин получил 5 миллионов 600 тысяч рублей за предоставление гарантий определенным организациям побед в конкурсах на бюджетные средства.
Не гнушался новоиспеченный «герой колчаковских фронтов» и откровенным беспределом в стиле 90-х: так, предприниматель, потративший 14 миллионов рублей на ремонт приемной главы г-на Ильина, на протяжении двух лет пытался получить эти деньги со своего высокопоставленного «заказчика».
Нечистоплотен оказался бывший глава района и в расследовании производственной травмы, полученной его подчиненным, руководителем районного отдела по строительству, оказавшимся в реанимации: документы, оформленные по факту несчастного случая, оказались фиктивными.
За время своей деятельности на должности главы района г-н Ильин успел обзавестись внушительным списком имущества, предусмотрительно оформленного на родственников: иномарки Mercedes ML50, BMW X5, Suzuki Grand Vitara, квартиры бизнес-класса на Полтавской улице в Санкт-Петербурге и на Васильевском острове, загородный дом в Токсово, особняк в центре СПб, а также две квартиры в Москве. И как, скажите нам после этого, у российских чиновников хватает наглости заявлять о скромных размерах своего жалованья?!
В поле зрения правоохранителей Ильин попал еще в 2022 году, однако тогда задержать опального главу администрации не удалось: вероятно, предупрежденный о готовящемся задержании кем-то из своих покровителей в силовых структурах, он подался в бега и на протяжении полутора лет скрывался в Москве, проживая в квартире своего приятеля.
В итоге, оказавшись таки в СИЗО, Эдуард Ильин, трезво оценив свои не радужные перспективы и осознав, что рассчитывать на снисхождение Фемиды за свои «подвиги» ему едва ли приходится, внезапно обнаруживает в себе задатки к ратному труду и проявляет завидное рвение к заключению контракта с Министерством Обороны. Порыв проворовавшегося чиновника в итоге был удовлетворен, контракт с ним заключили уголовное дело приостановили, и в декабре 2024 года он благополучно убыл защищать Родину в одно из воинских подразделений (в какое-история, пока, умалчивает). Вернулся г-н Ильин из зоны СВО не с пустыми руками, а с медалью Суворова,  и 12 мая 2026 года Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга благополучно прекратил в отношении него уголовное преследование.
Следует отметить, что вышеописанная схема с приостановлением производства по уголовному делу и последующим освобождением от уголовной ответственности получила широкое распространение как раз с декабря 2024 года, то есть с момента введения в ст. 208 УПК РФ  пункта 3.1, предусматривающую возможность приостановление производства по уголовному делу в связи с заключением подозреваемым либо обвиняемым контракта о прохождении службы в ВС РФ (естественно, с последующим убытием в зону СВО). Разница лишь в том, что представители так называемых социальных низов, принимающие решение искупить свою вину кровью, после подписания контракта, попадают прямиком на линию боевого соприкосновения и непосредственно участвуют в проводимых операциях.
Иная же ситуация наблюдается в случае со «статусными» лицами, вроде антигероя нашей публикации. Как правило, Родину защищать они уходят, имея отношение от определенного подразделения, зачастую находящегося не за одну сотню километров от передовой, что многократно снижает риск получения ранения либо гибели. В отличие от контрактников «из народа», командование не оказывает на них давление по вопросу продления контракта по истечении года службы. Да и должности, которые занимают новоиспеченные Рэмбо от чиновничьих кресел, обычно не требуют наличия боевой и физической подготовки, как у героя культового американского фильма.
Таким образом, схема вырисовывается довольно тривиальная и циничная: набивший карманы народными деньгами чиновник, попавший в руки правосудия, уходит  по контракту в зону СВО, доблестно служа условным «писарем» при каком-нибудь штабе, и, возможно, в ходе службы даже получает какие-то награды, как г-н Ильин. Затем, по окончанию контракта, получает от государства индульгенцию в виде прекращения уголовного дела, после чего, с чувством выполненного долга продолжает пользоваться приобретенным на нетрудовые доходы имуществом, которое, исходя из условий вышеописанной схемы, выводится из-под конфискации. При этом не исключено, что по прошествии определенного количества времени такие Ильины получают новые назначения на государственные должности, дающие им возможность продолжать залезать в народный карман.
Справедлива ли подобная схема? Ответ очевиден: нет. Более того, она не только несправедлива, но и в определенном смысле вопиюща по отношению к родным и близким ребят, которые заключают контракт по зову сердца, попадая на передовую. Вместе с тем, мы глубоко убеждены в том, что за преступления против народа чинуши вроде Ильина должны либо отправляться на лесоповал на долгие годы, либо комплектовать из них штрафные роты, как во времена Великой Отечественной Войны, и отправлять их воевать на передний край, где он смогут всецело искупить свою вину перед народом и государством. И только так они могут заработать снисхождение со стороны Закона.
Иной подход к решению данного вопроса означает нарушение социальной справедливости и откровенную сегрегацию по имущественному и классовому признаку, что, для правового цивилизованного государства, категорически недопустимо и чревато расколом общества, который в нынешних политических и экономических реалиях может закончиться весьма плачевно. Увы, в истории России подобное уже было.